Введение

В современных условиях развития экономики России охрана здоровья и обеспечение трудового долголетия трудящихся требуют комплексного анализа влияния вредных и опасных производственных факторов на физическое и психофизиологическое состояние работников. Особенно актуальна эта задача для таких категорий работающих, как женщины, несовершеннолетние и инвалиды, поскольку они требуют повышенного внимания в контексте определения допустимых видов труда, продолжительности рабочего времени, возможности привлечения к сверхурочной работе, что обусловлено особенностями физиологических характеристик и повышенной уязвимостью при негативном воздействии производственных факторов.

Действующая система охраны здоровья работников в России, несмотря на огромный потенциал, имеет определённые ограничения. Недостаточно полно учитывается влияние психофизиологических факторов на работоспособность и здоровье сотрудников, не всегда корректно оцениваются напряжённость и тяжесть труда и связанные с ними утомление и производственный травматизм. Указанные недостатки снижают эффективность реализации защитных механизмов санитарного и трудового законодательства и создают предпосылки для возникновения профессиональных болезней и производственного травматизма [1–6].

Метод анкетирования позволяет охватить значительную выборку респондентов, учитывать субъективное восприятие факторов производственной среды, что зачастую не отражается в объективных измерениях, экономически выгоден и относительно просто реализуется.

Цель исследования – оценить функциональное состояние лиц, работающих в условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов, по данным дистанционного анкетного опроса и разработать меры профилактики утомления и производственного травматизма.

Материалы и методы

Проведён анализ результатов анкетирования 39 878 работников производственной и непроизводственной сферы (19 видов экономической деятельности, 104 профессиональные группы). Анкета содержала 39 вопросов, разделённых на 4 блока исследований: возрастно-стажевые и профессиональные особенности; факторы риска, связанные с физическими и нервно-эмоциональными нагрузками; их влияние на развитие признаков утомления, нарушение здоровья, сведения о травмах; оценка действующей системы профилактики утомления и травматизма и предложения по её улучшению. На этапе составления анкеты учитывались данные отечественной и иностранной литературы о роли психофизиологических факторов в развитии утомления, возникновении аварийных ситуаций и производственного травматизма [4–12]. При обработке данных учитывали подходы, рекомендованные в работе [12].

Анализ влияния психофизиологических факторов на развитие утомления и производственного травматизма проводился в двух группах: работники производственной сферы, на рабочем месте которых преимущественно идентифицируется фактор тяжести труда; работники непроизводственной сферы, имеющие высокую напряжённость труда. Группа 1 – работники производственной сферы (добывающая, нефтегазовая, транспортная отрасли, сельское хозяйство, энергетика). Группа 2 – работники непроизводственной сферы (здравоохранение, образование, культура, спорт, финансовая сфера, информатика).

Выполнены распределения анкетированных лиц по группам, расчёты средних значений количественных показателей (возраст, стаж, продолжительность рабочей смены), оценка достоверности различий между группами по критерию Фишера.

Результаты

Анализ результатов анкетирования работников производственной и непроизводственной сфер показал, что женщины составляли большую часть респондентов (соотношение мужчин и женщин было 20,8 и 79,2% соответственно), что определяло особую значимость данного исследования для улучшения условий труда и сохранения женского репродуктивного здоровья [13–21]. В производственной сфере было больше мужчин (65,3 и 34,7% соответственно), а в непроизводственной – женщин (79,2 и 20,8% соответственно). Средний возраст работников составил 43,26 ± 0,76 года, женщины были достоверно старше мужчин (45,04 ± 0,53 и 41,48 ± 1 год соответственно; р < 0,001), поэтому особое внимание было уделено анализу возрастной группы старше 45 лет. Доля этой группы в производственной сфере составила 37% (средний возраст 52,3 ± 0,83 года), а в непроизводственной – 54,8% (средний возраст 52,8 ± 0,53 года).

Выявлено, что от общего числа опрошенных (39 878) 0,04% составляли лица моложе 18 лет (14–17 лет). Экстраполируя на общую численность работоспособного населения, можно установить, что реальная численность работающей молодёжи этого возраста в России составляет ≈ 30 тыс. человек, что диктует необходимость особого контроля здоровья такой большой группы подростков. В большинстве случаев они работали в сферах культуры, сельском хозяйстве, лесоводстве, растениеводстве, торговле.

Режимы труда и отдыха. Продолжительность рабочей недели в производственной сфере у большинства работников (70,8%) соответствовала 40 ч, однако значительная часть (24,2%) указала на превышение еженедельного лимита рабочего времени. Следует особо отметить, что в непроизводственной сфере только 52,8% работали 40 ч в неделю, а 32,3% – менее 40 ч. Это может быть связано как с возрастными характеристиками данной группы, так и со спецификой деятельности в сфере образования. Режимы труда существенно различались: в непроизводственной сфере чаще встречалась шестидневная рабочая неделя, нежели пятидневная (11,1 и 1% соответственно), и реже – сменный режим работы (3,4 и 16,8% соответственно). Различия в обоих случаях достоверны, р < 0,05. Ненормированный рабочий день в два раза чаще имел место в производственной сфере (9,9 и 5% соответственно), что свидетельствует о более высокой интенсивности труда на производственных предприятиях.

Для определения степени напряжённости труда из 39 878 анкет были выбраны 1190. Они принадлежали работникам трёх групп умственного труда, чья деятельность была связана с нервно-эмоциональными нагрузками (программисты, операторы, библиотекари). Наиболее характерным режимом работы у программистов является 40-часовая рабочая неделя (76,1%), однако 12,4% трудились 40–50 ч, а 2,7% – даже более 50 ч, всего доля работающих более 40 ч в неделю составила 15,1%. В то же время среди операторов доля работающих более 40 ч в неделю была в три раза больше, чем среди программистов, – 45,2%. Таким образом, продолжительная рабочая неделя достаточно распространена. При этом можно полагать, что длительность более 40 ч у программистов может быть обусловлена переработками, поскольку 92,5% из них работали по пятидневной рабочей неделе, а у операторов этот показатель определялся сменным режимом работы (у 55,5% респондентов) и наличием 12-часовых рабочих смен (у 19,2%).

Характер труда. В ходе исследования установлено, что некоторые респонденты из непроизводственной группы (воспитатели, медсёстры, санитарки) отнесли свой труд к физическому, что подчёркивает необходимость учёта мнения работников (например, по данным чек-листов или анкет) при проведении СОУТ* таких работ, которые могут недооцениваться, то есть иметь заниженный класс условий труда.

Лица в возрасте до 18 лет были заняты ручным физическим трудом и комбинированными видами труда (по 33,3%), а также выполняли механизированные и творческие работы, состояли стажёрами (по 11,1%).

Вредные производственные факторы (ВПФ). Оценка работниками наличия ВОПФ на рабочих местах в двух группах анкетированных представлена в табл. 1.

Как следует из табл. 1, чаще всего работники производственной сферы отмечали наличие шума (18,3%) и напряжённости труда (15,8%). В непроизводственной сфере самым частым вариантом ответа было «ничего из перечисленного» – почти ⅓ респондентов (28,9%), на втором месте – напряжённость труда (25,8%), на третьем – шум (15,4%).

Тяжесть труда как неблагоприятный фактор отмечали немногие респонденты как в 1-й, так и во 2-й группах – 3,3 и 1,3% соответственно. Однако эти данные, вероятно, следует воспринимать в сравнении – как значимость этого фактора среди прочих ВОПФ. Следует отметить, что в обеих группах 13,3% опрошенных указали параметры микроклимата как неблагоприятный фактор, повышающий напряжённость, и некомфортность труда, усугубляющую неблагоприятное действие на организм физически тяжёлых работ. К такой же группе управляемых факторов относилась недостаточная освещённость (6,6 и 8,1%, соответственно). Следует отметить, что недостаточная освещённость соотносится не только с риском получения травм, но и с развитием болезней органа зрения, особенно при выполнении напряжённых зрительных работ, быстро вызывающих утомление. Запылённость на рабочем месте отметили 13,8% библиотекарей, наличие химических веществ – работники здравоохранения (врачи, медсёстры, фельдшеры).

Тяжесть, напряжённость труда и риски связанных с ними травм. Оценка работниками двух сравниваемых групп этих факторов показана в табл. 2.

Анализ данных, представленных в табл. 2, подтверждает, что тяжесть труда по самооценкам респондентов чаще отмечена как работниками производственной сферы (35,8%), так и непроизводственной (14,8%). Напряжённость труда была характерна для обеих групп (85,8 и 92,8%), однако степень выраженности напряжённости у работников была разной: до пяти факторов НТ выделили 11,7% производственной сферы и 34% – непроизводственной. В то же время отсутствие НТ отметили только 6,2% респондентов первой группы и 13,4% – второй группы. На работе несколько чаще задерживались работники непроизводственной сферы (45,7%), в производственной этот показатель составил 40,2%. Некомфортность рабочего места (ограничение движений) отметили соответственно 15,3 и 9,9% респондентов в первой и второй группах. Важно, что в группе 1 отметили риск получения травмы по причине утомления, связанного с тяжестью труда, 35,4% респондентов (в группе 2 – 12,4%), с напряжённостью труда – 58,8% (в группе 2 – 44,4%).

Травмы, полученные в производственных условиях, отметили 8% работников в группе 1 и 4,4% в группе 2, при этом травмы отличались по тяжести: среди работников группы 1 травмы лёгкой тяжести (75% всех травм) получили энергетик, тракторист, специалист по ОТ, рабочий химического производства, инженер, а средней тяжести (25% всех травм) – водитель и аппаратчик ХВО. Респонденты группы 2 отметили следующие виды травм: незначительные (70,6%) – воспитатели, медсестра, врачи, заведующий детским садом, научный сотрудник в области философии, учителя, рентгенлаборант, хранитель фондов, кладовщик; лёгкие (23,5%) – культорг, документовед, учитель, вожатый; средней тяжести (5,9%) – кассир. Как следует из представленных данных, в непроизводственной сфере работники профессий, не относящихся к травмоопасным, могут получать травмы – от лёгких до средней тяжести. Это обусловливает не только необходимость анализа службами охраны труда условий и обстоятельств получения травм на предприятии, где произошёл несчастный случай, но дополнительного изучения и освещения на разных уровнях для разработки профилактических мероприятий и предупреждения травмирования работников в дальнейшем.

При оценке воздействия напряжённости труда на выбранные группы работников, занятых преимущественно умственным трудом (программисты, операторы, библиотекари), было установлено, что у программистов, представленных в большей степени, чем в двух других группах, молодыми и малостажированными людьми (средний возраст в трёх группах 38,3 ± 10,7; 38,6 ± 10,3 и 46,1 года соответственно; р < 0,05), при средней степени рабочей нагрузки по сравнению с прочими группами выявлены самые неблагоприятные показатели состояния здоровья и показатели травматизма. Так, из анализируемых 24 признаков воздействия напряжённости труда на оценку самочувствия и состояния здоровья по 20 показателям у программистов выявлены наибольшая частота признаков утомления и переутомления (снижение способности к концентрации, хроническая усталость, ухудшение памяти, раздражительность, агрессивность) и профессионального выгорания (безразличие к работе, апатия, депрессия, самообесценивание, желание уволиться). Среди программистов выявлялась наибольшая частота болезней системы кровообращения, нервной системы, цереброваскулярной болезни и психологических проблем. Частота травм, имевших место у программистов, составляла 5,4%, тогда как в двух других группах – 2,3 и 3,3% соответственно. Это может означать, что умственные нагрузки и их последствия должным образом не учитывались. Следовательно, необходимо не только совершенствовать критерии оценки напряжённости труда для подобных категорий работников, но и контроль состояния их здоровья независимо от того, отнесены условия их труда по показателям СОУТ к вредным или не отнесены.

Проявления утомления, стресса. Анализ данных анкетного опроса показал, что в качестве признаков утомления к концу рабочей смены работники производственной и непроизводственной сфер демонстрировали разные оценки по некоторым показателям (табл. 3).

Данные табл. 3 показывают, что работники производственной сферы чаще жаловались на увеличение количества ошибок в работе, нарушения сна (почти в два раза чаще, чем в непроизводственной сфере), повышение раздражительности, агрессивности, неудовлетворённость собой и результатами своей деятельности, апатию, депрессию, желание найти более спокойную работу. Работники непроизводственной сферы чаще жаловались на утомление, ухудшение памяти, головные боли (в два раза чаще, чем в производственной сфере), частые инфекционные болезни (ОРВИ).

Роль психофизиологических факторов. Между изучаемыми группами были выявлены различия в ответах о роли психофизиологических факторов в получении травм (табл. 4).

Из табл. 4 видно, что в общей структуре рисков получения травм по разным причинам факторы здоровья и нарушения психофизиологического состояния выделены респондентами в качестве основных, их доля составляла ≈ 40%. В то же время работники производственной и непроизводственной сфер по-разному отмечали некоторые возможные причины травматизма: работники производственной сферы чаще, чем в непроизводственной сфере, указывали на технические (в 2,1 раза чаще) и организационные (в 2,7 раза чаще) причины, а работники непроизводственной сферы чаще указывали на отсутствие причин травмирования (в 2,8 раза чаще).

Предлагаемые респондентами меры профилактики. Предложения респондентов по мерам для предупреждения риска получения травм и развития заболеваний, связанных с физическими и нервно-эмоциональным нагрузками на работе, показаны в табл. 5.

Как следует из табл. 5, респонденты группы 1 отмечали чаще необходимость поощрения работников за ответственное отношение к охране труда (81,2%), адекватного отдыха для восстановления (62%), дополнительных перерывов во время работ (45,5%), своевременного лечения болезней (45,5%), достаточного сна между сменами и ДМС (по 27,7%), сбалансированного питания (25,7%), психофизиологического тестирования (25,7%), обязательного наказания за нарушение ТБ (23,8%), проведения дистанционного мониторинга здоровья (14,9%), исключения ночных смен (12,9%). Эти варианты ответов работники непроизводственной сферы достоверно реже отмечали в своих анкетах. Следует отметить, что желательность исключения ночных смен отметили 76,8% работающих в ночную смену.

Обсуждение

При сравнении двух групп установлено, что в труде работников группы 1 более значимыми являются физические нагрузки, а в группе 2 — нервно-эмоциональные. В обеих группах напряжённость труда (НТ) была признана ведущим производственным фактором (НТ отметили 85,8 и 92,8% респондентов соответственно), однако степень выраженности была разной: в группе 1 – 11,7% респондентов отметили до пяти факторов НТ, в то время как в группе 2 их было в три раза больше – 34%. Интенсивность труда (по продолжительности рабочей недели, задержкам на работе, сменному режиму работы, наличию 12-часовых и ночных смен) оказалась более выраженной в группе 1, в то время как в группе 2 чаще имела место шестидневная рабочая неделя при сокращённом рабочем дне, что даже при не столь интенсивной нагрузке может быть отнесено к факторам утомления. Интересно отметить, что такие факторы, как шум, неблагоприятные параметры микроклимата, недостаточная освещённость, вызывающие дискомфорт, мешающие выполнению напряжённых работ и негативно влияющие на организм, оказались почти одинаково значимыми для работников сравниваемых групп, что даёт ориентиры для совершенствования условий их труда. По воздействию НТ на оценку работниками самочувствия (83,3% анализируемых признаков), при детальном профессиональном анализе, у программистов была выявлена наибольшая частота признаков утомления и переутомления (снижение способности к концентрации, хроническая усталость, ухудшение памяти, раздражительность, агрессивность), профессионального выгорания (безразличие к работе, апатия, депрессия, самообесценивание, желание уволиться), а также нарушений здоровья (частота болезней сердечно-сосудистой, нервной систем, цереброваскулярной болезни и психологических проблем). Эти новые данные подчёркивают необходимость повышения внимания к контролю психофизиологических факторов и медицинскому обеспечению работающих этой группы для поддержания их высокой работоспособности, сохранения кадрового потенциала и продления трудового долголетия.

Выявленные в представленной работе закономерности проявления утомления у работников двух групп, а также различия в оценках рисков травматизма, связанных с психофизиологическими факторами, данные о действующих на предприятиях системах профилактики негативного влияния вредных, опасных факторов и травматизма, а также предложения работников по совершенствованию этих систем, представляют определённую ценность и дают практические основания для разработки конструктивных мер предупреждения утомления и травматизма среди работников производственной и непроизводственной сфер деятельности, особенно уязвимых групп.

Заключение

К числу наиболее значимых результатов проведённого исследования можно отнести следующие.

1. Выявлено мнение работников о наличии более высоких рисков травматизма, связанных с психофизиологическими факторами (утомление, физическое и нервно-эмоциональное перенапряжение, стресс) и внезапным ухудшением состояния здоровья, по сравнению с техническими и организационными группами причин, составляющих при работах соответственно в производственной сфере 10,7; 29,3 и 38,1%, в непроизводственной – 5,1; 11 и 37,9%.

2. Больше половины респондентов в производственной сфере считают недостаточно эффективной систему профилактики физического и умственного утомления, действующую на предприятии (52 и 55,7% соответственно). В непроизводственной сфере доля таких лиц была несколько меньше (42,7 и 44,8% соответственно).

3. На основании мнения респондентов подготовлены предложения для включения в комплекс рекомендаций по профилактике производственного травматизма, дифференцированных для производственной и непроизводственной сфер деятельности.

* Федеральный закон от 28.12.2013 г. № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда»; Приказ Минтруда России от 21 ноября 2023 г. № 817н «Об утверждении методики проведения специальной оценки условий труда, классификатора вредных и (или) опасных производственных факторов, формы отчёта о проведении специальной оценки условий труда и инструкции по её заполнению».