Перейти к:
Нейротропные токсиканты как вредный и опасный производственный фактор (обзор литературы)
https://doi.org/10.47470/0016-9900-2026-105-2-214-222
EDN: vcpmrc
Аннотация
Статистика отравлений нейротоксикантами в России и зарубежных странах вызывает тревогу. В последние годы тяжёлые случаи таких отравлений регистрируются реже, преобладают начальные и умеренно выраженные формы, которые развиваются при длительном контакте с повышенными концентрациями нейротропных ядов, однако отравления нейротоксикантами продолжают занимать особое место среди факторов производства. Отдельного внимания требуют отравления, полученные на промышленных предприятиях или в лабораториях, при авариях или грубых нарушениях техники безопасности. Типичные нейротропные токсиканты – представители группы тяжёлых металлов (свинец, ртуть и др.), продукты горения (монооксид углерода и др.), органические растворители (метанол и др.). Согласно данным ВОЗ, мировое производство тяжёлых металлов ежегодно увеличивается на 10%, что повышает риск отравлений. Не менее значимы и отравления метанолом, на долю которых приходится более 13%. Нейротоксиканты воздействуют преимущественно на центральную нервную систему, однако отмечено их неблагоприятное влияние и на другие органы и системы человека. Интоксикация большинством ксенобиотиков этой группы приводит к стойкой утрате трудоспособности, а в некоторых случаях и к летальному исходу. В данном исследовании проведён анализ оригинальных статей, посвящённых отравлениям нейротоксикантами, из библиографических и реферативных баз данных: PubMed, Scopus, Web of Science, НЭБ (eLIBRARY.RU) и CyberLeninka. Описаны причины и последствия отравлений, кратко изложены механизм действия токсикантов, симптоматика у пострадавших. Проведённое исследование подтвердило, что выбросы нейротропных токсикантов в окружающую среду даже при относительной безопасности производства могут иметь серьёзные и долгосрочные последствия для здоровья человека.
Вклад авторов:
Потапов П.К. – обработка материала, редактирование;
Шустов Е.Б. – концепция и дизайн исследования, редактирование;
Носков Н.С. – сбор и анализ источников литературы, написание текста;
Маркин И.В. – формулирование выводов, написание текста, редактирование;
Мельникова М.В. – написание текста, редактирование.
Все соавторы – утверждение окончательного варианта статьи, ответственность за целостность всех её частей.
Конфликт интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов в связи с публикацией данной статьи.
Финансирование. Научное исследование проведено в рамках выполнения государственного задания ФМБА России № 388-00071-24-00 (код темы 64.004.24.800).
Поступила: 06.04.2025 / Поступила после доработки: 14.04.2025 / Принята к печати: 15.10.2025 / Опубликована: 13.03.2026
Ключевые слова
Для цитирования:
Потапов П.К., Шустов Е.Б., Носков Н.С., Маркин И.В., Мельникова М.В. Нейротропные токсиканты как вредный и опасный производственный фактор (обзор литературы). Гигиена и санитария. 2026;105(2):214-222. https://doi.org/10.47470/0016-9900-2026-105-2-214-222. EDN: vcpmrc
For citation:
Potapov P.K., Shustov E.B., Noskov N.S., Markin I.V., Melnikova M.V. Neurotropic toxicants as a harmful and dangerous industrial factor (literature review). Hygiene and Sanitation. 2026;105(2):214-222. (In Russ.) https://doi.org/10.47470/0016-9900-2026-105-2-214-222. EDN: vcpmrc
По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), ежегодно тысячи людей в мире страдают от воздействия нейротоксикантов. В России случаи отравления нейротоксикантами составляют примерно 75% от общего числа отравлений [1, 2]. На производстве наиболее распространены отравления свинцом, марганцем, ртутью, монооксидом углерода, сероуглеродом, метанолом, бензином и др. [3, 4]. Нейротропные токсиканты вызывают первичное поражение центральной нервной системы (ЦНС), преодолевая гематоэнцефалический барьер (ГЭБ) [5]. При поступлении токсиканта в организм клиническая психоневрологическая симптоматика будет зависеть от степени воздействия на центральную, периферическую или вегетативную нервную систему [1, 6].
В данной статье систематизирована информация о веществах нейротоксического действия, встречающихся на производстве, кратко представлен их механизм действия, а также приведены некоторые случаи отравления нейротропными токсикантами. Выполнен анализ оригинальных исследований, посвящённых отравлениям нейротоксикантами, из библиографических и реферативных баз данных: PubMed, Scopus, Web of Science, НЭБ (eLIBRARY.RU) и CyberLeninka. По результатам целевого поиска отобраны 82 полнотекстовые публикации, из которых 50 полностью соответствуют указанным критериям включения.
Для более корректного и логичного описания нейротропных токсикантов, являющихся вредным и опасным фактором на производстве, целесообразно их классифицировать по классам опасности (1 – чрезвычайно опасные, 2 – высокоопасные, 3 – умеренно опасные, 4 – малоопасные) и по происхождению: тяжёлые металлы и их соли, полуметаллы, продукты горения и органические растворители.
Согласно ГОСТ 12.1.007¹, тяжёлые металлы относятся к первому и второму классам опасности. В России свинцовая интоксикация среди профессиональных болезней занимает первое место [7]. Острое отравление свинцом чаще всего наблюдается у работников предприятий, занимающихся его добычей и переработкой. Более 75% добываемого свинца используется для производства свинцово-кислотных батарей. Свинец также содержится в красках, припое, боеприпасах, некоторых косметических средствах и средствах народной медицины, особенно в Индии. Кроме того, свинец может присутствовать в питьевой воде, если она проходит через свинцовые трубы [8, 9].
По оценкам Института показателей и оценки здоровья (США, 2021 г.), последствия воздействия свинца, в основном в виде болезней системы кровообращения, стали причиной более 1,5 млн случаев смерти во всём мире [10]. Согласно отчёту ЮНИСЕФ за 2020 г., до 800 млн человек во всём мире имеют повышенный уровень свинца в крови [11]. В мире 0,6% причин заболеваемости имеют свинцовую этиологию. Основные пути воздействия свинца на человека – вдыхание пыли, содержащей свинец, употребление загрязнённой пищи и воды. Долговременное воздействие свинца может вызывать неврологические расстройства, нарушения пищеварения, анемию и нарушения функций почек [5, 7]. В связи с этим во многих странах вводятся строгие требования и стандарты контроля при использовании свинца. На производственных предприятиях, согласно приказу Минтруда России от 19.04.2017 № 371н², при изготовлении и использовании свинцовых форм должны соблюдаться меры безопасности, предупреждающие загрязнение свинцом воздуха рабочей зоны и кожных покровов работников.
Литературные данные указывают на то, что свинец способен активировать процессы свободнорадикального окисления в крови, клетках мозга, печени и миокарда [12]. Свинец, будучи политропным ядом, оказывает токсическое воздействие на нервную и сердечно-сосудистую системы, большинство внутренних органов [13]. При попадании в организм свинец накапливается в сосудистой системе, в том числе аорте, а также в жизненно важных органах – почках и печени. Он вызывает развитие окислительного стресса, нарушает NO-продуцирующую функцию эндотелия сосудов и снижает продукцию оксида азота, который является основным вазодилататором. Это приводит к формированию патологического процесса, известного как дисфункция эндотелия, что увеличивает тонус сосудов, вызывает вазоконстрикцию и повышение артериального давления. Свинцовая интоксикация способствует повреждению внутренних органов и развитию необратимых патологических процессов в тканях [13, 14].
К первому классу опасности также относятся соединения ртути, применяемые во многих отраслях промышленности. Эти вещества максимально востребованы в атомной энергетике для термохимического разделения воды на кислород и водород, а также для растворения урановых блоков после окончания срока их эксплуатации. Ртуть применяется в аккумуляторах и контрольно-измерительных приборах (термометрах, манометрах, барометрах-анероидах), лампах дневного света, кварцевых лампах, полярографах, рентгеновских трубках, радиолах. С каждым годом возрастает число людей, контактирующих с ртутью, в основном из-за загрязнения биосферы вследствие деятельности промышленных предприятий [15].
Ртуть – тиоловый яд, проникающий в организм через дыхательные пути и ЖКТ. В основе патогенного механизма воздействия ртути лежит её взаимодействие с SH-, NH2- и СООН-группами белков, приводящее к инактивации их функциональных групп и резкому изменению ферментативной, гормональной и иммунологической активности [16]. Признаки интоксикации ртутью: тремор пальцев вытянутых рук, слабость, лабильность пульса, тахикардия и гипертония, ярко-красный стойкий дермографизм [17]. У больных с хронической ртутной интоксикацией проявляются выраженная слабость, постоянные головные боли, бессонница и повышенная раздражительность. Данные изменения происходят на фоне функционального расстройства нервной системы по типу астеноневротического или астеновегетативного синдромов [15].
Марганец относится ко второму классу опасности и широко применяется на производстве как легирующий элемент для улучшения прочности, твёрдости и устойчивости стали к коррозии, улучшения механических свойств чугуна, в производстве аккумуляторов, особенно в щелочных батареях, в химической промышленности. Соединения марганца используют в сельском хозяйстве для производства удобрений и кормов для животных. В медицине марганец используется в качестве антисептического средства и как антидот цианидов [18]. Чаще всего отравления, вызванные воздействием на организм марганца, встречаются у людей, работающих в химической, горной и металлургической промышленности, в частности при сварке с использованием марганецсодержащих электродов и флюсов. Марганец участвует во многих биохимических процессах: синтезе и обмене нейромедиаторов, жировом и углеводном обмене и многих других. При увеличении поступления марганца в организм он превращается из эссенциального микроэлемента в экотоксикант, что приводит к неблагоприятным последствиям [6, 19].
Нейротоксическое действие марганца обусловлено его тропным действием к подкорковым структурам головного мозга. После попадания в кровь марганец взаимодействует с белками плазмы, затем попадает в эритроциты и далее в другие ткани и органы. Марганец обладает свойствами разобщителя дыхания и окислительного фосфорилирования: нарушает функционирование мембранных митохондриальных структур, изменяет энергетику клетки, фактически лишая организм возможности полноценного функционирования. Марганец накапливается в эндокринных железах, костной ткани, а также в мозге, образуя в нём более прочные связи. Проникая через ГЭБ, марганец вызывает органические изменения преимущественно в экстрапирамидной системе. Выведение марганца происходит медленно через желудочно-кишечный тракт, в меньшей степени – через почки и другими путями. Марганец и его соединения могут вызывать как острую, так и хроническую интоксикацию [6, 20].
Клинические симптомы при отравлении марганцем представлены психоорганическим синдромом с аффективными неврозоподобными расстройствами, а также нарушениями когнитивных функций, органическими расстройствами личности и поведения. Наблюдаются нарушения плавности движения, пошатывание при ходьбе, дислексия, а также болезненность в мышцах [21].
Второй по происхождению группой промышленных нейротропных токсикантов являются продукты горения: сероуглерод и монооксид углерода – второй и четвёртый классы опасности соответственно. Сероуглерод активно применяется в химической промышленности как растворитель сложных каучуков, масел, жиров, при производстве резины, сельскохозяйственных химикатов и фармацевтических препаратов. Сероуглерод относится к высокотоксичным веществам, способным даже при кратковременном контакте причинить вред здоровью человека и привести к серьёзным последствиям, вплоть до летального исхода [22]. В конце 1980-х годов в Корее произошла масштабная трагедия, связанная с отравлением сероуглеродом, на предприятии по производству вискозы: у 830 пострадавших работников, из которых 38 погибли, было диагностировано отравление сероуглеродом [23].
Сероуглерод проникает в организм через органы дыхания и кожу. Это политропный яд с наркотическим действием, поражающий высшие отделы ЦНС, вызывающий нарушения функций системы кровообращения, желудочно-кишечного тракта, токсические гепатиты. Основными поражающими агентами при интоксикации сероуглеродом выступают сам токсикант и продукты его метаболизма в организме – сульфаты, окислённые и эфиросвязанные фракции серы. Повреждающее действие сероуглерода обусловлено способностью соединяться с аминогруппами белков и аминокислот, что приводит к инактивации ферментных систем, содержащих функционально активные сульфгидрильные (–SH) группы, и воздействию на липидный обмен [24]. Существует вероятность кумуляции сероуглерода в организме. Он накапливается в тканях, особенно в нервной, проходит через плацентарный барьер и вызывает эмбриотоксическое действие. Часть сероуглерода окисляется до неорганического сульфата и выводится с мочой и калом. Сероуглерод может вызывать острые и хронические интоксикации [25].
При лёгкой форме отравления сероуглеродом наблюдаются такие симптомы, как головная боль, головокружение, ощущение опьянения, также возможны тошнота и рвота. Часто отмечаются шаткая походка и тактильные галлюцинации. Постепенно развиваются изменения психического состояния, в том числе повышенная раздражительность, колебания настроения и снижение памяти и интереса к привычной деятельности. При своевременном лечении прогноз благоприятный. В случае тяжёлой формы острого отравления клиническая картина напоминает наркоз: уже через несколько минут воздействия высоких концентраций сероуглерода (более 10 мг/м³) происходит потеря сознания. После этого наступает резкое возбуждение, сопровождающееся судорогами, затем развивается глубокий наркоз и исчезают все рефлексы, в том числе роговичный и зрачковый. Возможна смерть вследствие остановки деятельности сердца [26].
Не менее опасен на производстве такой химический фактор, как продукт горения монооксид углерода (СО). В России отравления СО занимают второе место по смертности среди острых интоксикаций, уступая лишь этанолу, – 2,1–4,4% от общего числа госпитализированных пациентов с острыми отравлениями [27]. Основной причиной отравления монооксидом углерода является воздействие химического поражающего фактора в условиях пожара, поскольку при сгорании любых углеродсодержащих материалов образуется CO [28].
На рисунке представлено распределение по объектам (исключая жилые помещения) пожаров в России в 2024 г. с указанием их количества [29].

Представленные данные показывают, что возгорания, сопровождающиеся пожарами, происходят практически в любых зданиях и сооружениях, где человек осуществляет профессиональную деятельность, следовательно, существует и высокий риск отравления монооксидом углерода.
Источниками интенсивного образования СО также являются: газовые водонагреватели, керосиновые печи и обогреватели, древесноугольные грили, снабжаемые пропаном печи, бензиновые и дизельные электрогенераторы, бензопилы, тягачи и буксировщики, устройства для распыления красок, лаков, растворителей и др. [30].
Монооксид углерода попадает в организм ингаляционным путём, преодолевая аэрогематический барьер, и, связываясь с гемоглобином, образует карбоксигемоглобин, который не может транспортировать кислород. Это затрудняет отдачу кислорода тканям и может вызывать повреждение центральной нервной и сердечно-сосудистой систем даже после интоксикации. Также механизм токсического действия СО включает образование карбоксимиоглобина, связывание цитохромоксидазы, стимуляцию выработки NO и активацию липидной пероксидации в головном мозге. Ведущая роль в механизме действия СO отводится формированию гемической гипоксии и нарушениям энергетического обмена. Монооксид углерода выводится из организма в основном через дыхательные пути, а также в небольших количествах через кожу, желудочно-кишечный тракт и почки. Полное выведение СО наступает в течение 12 ч [28]. Для отравления лёгкой степени характерны следующие симптомы: головная боль, головокружение, снижение остроты зрения, умеренное оглушение, тошнота, покраснение кожных покровов, тахикардия, артериальная гипертензия, боли в грудной клетке. Для отравления средней степени тяжести характерны наряду с указанными выше симптомами усугубление тяжести оглушения, состояние сомноленции, возможно появление парезов. При тяжёлом отравлении развиваются сопор и гипоксическая кома, мышечная атония (чаще) или гипертония с гиперрефлексией (реже), судороги, нарушается ритм дыхания, имеют место нарушения сердечного ритма, артериальная гипотензия [30].
Согласно данным Роспотребнадзора, ежегодно в России регистрируют ≈ 1200 острых отравлений метанолом (метиловым спиртом), из них более 80% заканчиваются летальным исходом [31].
Метанол (метиловый спирт, карбинол) представляет собой легковоспламеняющуюся бесцветную жидкость. Физико-химические свойства метанола определяют его широкое применение: он используется для производства уксусной кислоты, в качестве компонента антифризов, стеклоомывающих жидкостей, растворителя красок и в коммунальном снабжении [32]. Отравления часто происходят при употреблении метанола с целью опьянения, так как он по внешнему виду, запаху и вкусу неотличим от этилового спирта. В структуре причин отравлений спиртосодержащей продукцией метиловый спирт составляет 10% от общего количества. Не менее серьёзной проблемой остаются отравления метанолом на производстве вследствие следующих причин:
- вдыхание паров, так как метанол может испаряться и поступать через дыхательные пути, особенно в закрытых помещениях;
- длительный контакт с кожей, который может привести к абсорбции метанола;
- случайное проглатывание в результате неправильного обращения с веществом и нарушения техники безопасности.
Попадая в организм человека, метиловый спирт очень быстро всасывается. Распад его происходит иначе, чем распад этанола [33]: образуются промежуточные продукты (формальдегид и муравьиная кислота), что оказывает токсичное влияние на организм. Формальдегид является канцерогеном и может вызывать повреждение клеток, особенно в ЦНС, а муравьиная кислота вызывает метаболический ацидоз, приводящий к нарушению кислотно-щелочного баланса в организме и повреждениям тканей и органов, особенно нервной системы и глаз [34].
Отравление метиловым спиртом может развиться при поступлении в организм 7–8 мл, а смертельное – 30–100 мл. Тяжёлые отравления могут возникать при пероральном приёме, а также при ингаляции или инстилляции на неповреждённую кожу [31]. При поступлении в организм метиловый спирт через 6 ч всасывается в кровь [35], а окисляется значительно медленнее этилового [36]. Основные симптомы отравления метиловым спиртом: головная боль, головокружение, тошнота, рвота, понос, синюшность кожи и слизистых, нарушение координации, дрожь, судороги, отёк и поражение зрительного нерва, что может привести к слепоте и смерти [33].
В странах с интенсивной нефтедобычей и нефтеперерабатывающей промышленностью проблема отравлений нефтепродуктами приобретает особую актуальность, что обусловлено высокой концентрацией опасных производственных объектов в данной сфере.
Анализ ежегодных отчётов Ростехнадзора за 2011–2023 гг. показывает значительные масштабы инцидентов, связанных с разливом нефтепродуктов на подконтрольных объектах нефтегазопереработки, нефтехимии и нефтепродуктообеспечения. За указанный период было зафиксировано 229 чрезвычайных ситуаций (ЧС), связанных с разливом нефтепродуктов. Из них 86 случаев классифицированы как взрывы, 81 случай – как пожар, 62 случая характеризуются выбросом опасных веществ [37].
Продукты, получаемые в результате переработки нефти и газа (различные виды топлива для двигателей, смазочные масла, битумы, нефтяной кокс и др.), как правило, обладают высокой токсичностью.
Нефть является ценным сырьём для производства медицинских препаратов, компонентов парфюмерной промышленности, синтетического каучука, пластмасс, жиров и кислот [38]. Работники нефтяной и нефтеперерабатывающей промышленности подвергаются воздействию как сырой нефти на промыслах, так и продуктов её переработки на заводах. В производственных циклах используются различные реагенты (кислоты, щёлочи, растворители и катализаторы), что повышает риск профессионального воздействия токсичных веществ [39]. Основной путь проникновения нефтепродуктов в организм человека – органы дыхания. Вдыхание паров нефтепродуктов инициирует комплекс патологических изменений в дыхательной системе. В частности, возникает раздражение эпителия дыхательных путей, что может привести к развитию кашля, диспноэ и воспалительным процессам в лёгочной ткани [40]. Кроме того, углеводороды, входящие в состав нефтепродуктов, являются нейротоксическими веществами. Их воздействие на ЦНС проявляется в виде разнообразных неврологических симптомов, таких как головокружение, цефалгия, когнитивные нарушения и потеря сознания. При длительном или интенсивном контакте с токсическими веществами возможно развитие более серьёзных неврологических расстройств, в том числе эпилептических припадков и психотических состояний [41].
Механизм патогенного действия нефтепродуктов основан на индукции окислительного стресса, что приводит к образованию активных форм кислорода и свободных радикалов. Эти метаболиты обладают высокой реакционной способностью и могут повреждать клеточные мембраны, ДНК и другие биомолекулы, создавая предпосылки для развития злокачественных новообразований. Кроме того, при длительном воздействии нефтепродуктов нарушается работа эндокринной и иммунной систем, что способствует развитию системных патологических процессов. В частности, наблюдаются изменения гормонального баланса и иммуносупрессивные эффекты, повышается риск возникновения хронических болезней [41].
Широкое применение бензина в промышленности обусловливает многочисленные отравления этим токсикантом (ингаляционные и пероральные); известны случаи развития «бензинной» пневмонии, развивающейся преимущественно у шофёров и работников складов горюче-смазочных материалов. Высокая концентрация паров бензина (30–40 мг/л и выше) вызывает кислородное голодание мозга из-за вытеснения кислорода, что может привести к летальному исходу [42].
Исследование кинетики органических растворителей, к которым и относится бензин, показало их значительное накопление в тканях, богатых липидами, особенно в нервной ткани, что связано с их сродством к жирам. Эти вещества легко проникают через клеточные мембраны и ГЭБ. Благодаря лучшему кровоснабжению нервная система насыщается неэлектролитами быстрее, чем жировая ткань, что объясняет их наркотическое действие. Даже после прекращения контакта с растворителем уровень вещества в крови может оставаться высоким из-за его обратного поступления из жировых тканей, несмотря на выведение метаболитов из организма [43].
Вдыхание паров бензина вызывает острые и хронические отравления. Острые отравления сопровождаются состоянием опьянения, истерическими припадками, болтливостью, весёлостью, тремором, головокружением и сонливостью. В тяжёлых случаях наблюдаются галлюцинации, обмороки, судороги, повышение температуры тела. Хроническое отравление вызывает раздражительность, головокружение, поражение печени, ухудшение сердечной деятельности. При попадании внутрь возникают рвота, головная и брюшная боль, диарея, увеличение печени, желтушность склер [44].
Использование в промышленности циансодержащих соединений может привести к потенциальным рискам острых отравлений как в результате аварий на химически опасных объектах, так и из-за нарушения техники безопасности на предприятиях металлургической промышленности, при производстве пластмасс и резины, ювелирных изделий, отбеливании в кожевенном производстве и др. Пожары, сопровождающиеся выделением токсичных продуктов горения синтетических материалов, таких как полиуретан, полиакрилонитрилы, меламиновые смолы, синтетический каучук и др., также несут опасность отравления цианидами. В настоящее время 90% цианида используют в органическом синтезе, а оставшиеся 10% – в золотодобыче. В глобальном масштабе промышленное потребление цианидов составляет 1,5 млн тонн в год [45].
Цианид представляет собой высокотоксичное вещество, механизм действия которого основан на нарушении клеточного дыхания. При попадании в организм цианид связывается с ферментом цитохром-с-оксидазой в митохондриях клеток. Этот фермент играет ключевую роль в процессе окислительного фосфорилирования, при котором кислород превращается в воду, а энергия сохраняется в форме аденозинтрифосфата (АТФ) – основного источника энергии для клеток. Связывание цианида с цитохром-с-оксидазой приводит к блокировке использования кислорода клетками, даже если его уровень в крови остаётся нормальным. Это состояние, известное как тканевая гипоксия, вызывает значительное нарушение энергетического обмена. В результате блокировки окислительного фосфорилирования клетки теряют способность производить достаточное количество АТФ, что приводит к нарушению их функций и в итоге к гибели. Клинические проявления отравления цианидом могут варьироваться от головной боли и головокружения до более серьёзных симптомов, таких как затруднённое дыхание, судороги, спутанность и потеря сознания. В тяжёлых случаях возможны развитие комы и летальный исход [46].
Мировое производство теллура за 2023 г. составило ≈ 700 т, лидерами являются Китай (430 т), Россия и Япония (по 75 т), Канада и Швеция (более 25 т) [47]. Теллур является химическим элементом (полуметаллом), который используется в различных отраслях промышленности – производстве полупроводниковых составных материалов, в том числе солнечных батарей, детекторов излучения, термоэлектрических материалов. Также его добавляют к различным металлическим сплавам для улучшения обрабатываемости стали или меди, повышения прочности и долговечности свинца. Работники производств подвергаются воздействию пыли, паров или аэрозолей, содержащих теллур, что приводит к интоксикации организма. Теллур и его летучие соединения токсичны и поражают в первую очередь внутренние органы, ЦНС, органы дыхания [48].
Механизм отравления теллуром связан с несколькими ключевыми процессами, в том числе ингибированием ферментов и окислительным стрессом. Теллур способен связываться с сульфгидрильными группами (–SH) в белках и ферментах, что приводит к их инактивации. Это ингибирование нарушает нормальные метаболические процессы (окислительно-восстановительные реакции и энергетический обмен) и может повлиять на функционирование ключевых ферментов, участвующих в клеточном дыхании, привести к снижению выработки аденозинтрифосфата (АТФ) и, как следствие, к нарушению клеточной функции [49].
Метаболизм теллура в организме также приводит к образованию свободных радикалов, которые являются высокореактивными молекулами. Эти свободные радикалы способны повреждать клеточные мембраны, ДНК и другие важные молекулы, что инициирует каскад реакций, способствующих клеточной гибели и воспалительным процессам. Окислительный стресс, вызванный теллуром, может нарушать антиоксидантную защиту организма, усугубляя токсические эффекты. Клинические проявления отравления теллуром могут включать разнообразные симптомы – тошноту, рвоту, диарею, головную боль и общее недомогание. Характерными признаками являются металлический привкус во рту, а также изменение цвета кожи, известное как теллуремия, которое проявляется в виде темных пятен [48, 49].
Описанные выше данные обобщены и резюмированы в таблице. За основу взята таблица «Воздействие химических веществ и вызываемые ими нейротоксические синдромы. Клинические синдромы интоксикаций нервной системы») [50], дополненная данными авторов. В таблице перечислены нейротропные токсиканты и вызываемые ими нейротоксические эффекты поражения нервной системы.


Заключение
Изучение ретроспективы отравлений нейротропными токсикантами, встречающимися на производстве, показывает, что наиболее опасными работами являются производство электроприборов и гальванических покрытий, обработка железа, изготовление красок и др. Основные причины отравлений – несоблюдение техники безопасности, возникновение нештатных ситуаций и продолжительный контакт с токсикантом (хронические отравления).
Накопление токсикантов может привести к следующим проблемам:
- хронические поражения лёгких, болезни системы кровообращения;
- загрязнение питьевой воды при попадании токсикантов в водоёмы, что может вызвать отравления и болезни, такие как гастроэнтерит;
- накапливание токсикантов в организме, особенно в жировых тканях, в результате чего возникают хронические отравления, оказывающие влияние на нервную систему, печень и другие органы;
- нарушение функций эндокринной системы, приводящее к гормональным сбоям, репродуктивным проблемам и повышенному риску развития злокачественных новообразований;
- изменения в психическом здоровье при долгосрочном воздействии, вплоть до провоцирования тревожных и депрессивных состояний.
¹ ГОСТ 12.1.007. Система стандартов безопасности труда. Вредные вещества. Классификация и общие требования безопасности.
² Приказ Минтруда России от 19.04.2017 г. № 371н «Об утверждении Правил по охране труда при использовании отдельных видов химических веществ и материалов».
Список литературы
1. Федотова И.Н., Васина Т.А., Белопольский А.А., Кузнецов В.И., Мансур Т.И. Нейротоксичность при острых отравлениях. Земский врач. 2013; (1): 32–4. https://elibrary.ru/pxvhhl
2. Батоцыренова Е.Г., Кострова Т.А., Щепеткова К.М., Золотоверхая Е.А., Степанов С.В., Кашуро В.А. Оценка отдаленных последствий острых тяжелых отравлений нейротоксикантами. Медицина: теория и практика. 2019; 4(S): 81–2. https://elibrary.ru/mwmdmn
3. Головко А.И., Ивницкий Ю.Ю., Иванов М.Б., Рейнюк В.Л. Универсальность феномена «нейротоксичность» (обзор литературы). Токсикологический вестник. 2021; 29(5): 4–16. https://doi.org/10.36946/0869-7922-2021-29-5-4-16 https://elibrary.ru/waavml
4. Актулаева Х.Р., Рощин Ф.А., Салахова Д.Н. Свинцовая интоксикация (сатурнизм): клинические проявления, профилактика и принципы лечения. В кн.: Фундаментальная и прикладная наука: состояние и тенденции развития. Сборник статей XII Международной научно-практической конференции. Петрозаводск; 2021: 386–91. https://elibrary.ru/mwmnev
5. Ермагамбетова А.П., Кабдрахманова Г.Б., Козбагаров К.Е., Бегимбаев К.С., Кряжова Е.А. О влиянии ксенобиотиков на нервную систему (обзор). Вестник Алматинского государственного института усовершенствования врачей. 2011; (3): 22–4. https://elibrary.ru/vytsod
6. Кабдрахманова Г.Б., Утепкалиева К.П. О роли экотоксикантов в развитии нейротоксикозов. Медицинский журнал Западного Казахстана. 2018; (1): 29–36. https://elibrary.ru/xnkckd
7. Шестова Г.В., Ливанов Г.А., Остапенко Ю.Н., Иванова Т.М., Сизова К.В. Опасность хронических отравлений свинцом для здоровья населения. Медицина экстремальных ситуаций. 2012; (2): 65–76. https://elibrary.ru/smfxkv
8. Источники отравления населения свинцом, их лечение и профилактика. Available at: https://mz-don.com/stati/istochniki-otravleniya-naseleniya-svincom-ih-lechenie-i-profilaktika.html?ysclid=m7blvydc1216733227
9. Кузьмина Л.П., Соркина Н.С., Хотулева А.Г., Безрукавникова Л.М., Артемова Л.В. Проблема «свинец и здоровье работающих» в условиях современного производства. Медицина труда и промышленная экология. 2018; (4): 14–8. https://elibrary.ru/ywrkfw
10. ВОЗ. Отравление свинцом; 2024. Доступно: https://who.int/ru/news-room/fact-sheets/detail/lead-poisoning-and-health
11. ООН. Треть детей во всем мире отравлены свинцом, источники – игрушки, специи и окружающая среда. Доступно: https://news.un.org/ru/story/2020/07/1382901
12. Mani M.S., Joshi M.B., Shetty R.R., DSouza V.L., Swathi M., Kabekkodu S.P., et al. Lead exposure induces metabolic reprogramming in rat models. Toxicol. Lett. 2020; 335: 11–27. https://doi.org/10.1016/j.toxlet.2020.09.010
13. Дзугкоев С.Г., Дзугкоева Ф.С., Маргиева О.И. Анализ механизмов токсичности свинца и их патогенетическая коррекция. Российский физиологический журнал им. И.М. Сеченова. 2022; 108(5): 626–35. https://elibrary.ru/hkrpri
14. Gundacker C., Forsthuber M., Szigeti T., Kakucs R., Mustieles V., Fernandez M.F., et al. Lead (Pb) and neurodevelopment: A review on exposure and biomarkers of effect (BDNF, HDL) and susceptibility. Int. J. Hyg. Environ. Health. 2021; 238: 113855. https://doi.org/10.1016/j.ijheh.2021.113855
15. Краснопеева И.Ю. Ртутная интоксикация. Сибирский медицинский журнал (Иркутск). 2005; 57(7): 104–8. https://elibrary.ru/jrgyxz
16. Русанова Д.В., Лахман О.Л. Поражения центральных афферентных проводящих структур у стажированных работников, контактировавших с соединениями ртути на производстве. В кн.: Современные проблемы экологии и здоровья населения. Материалы всероссийской конференции с международным участием, посвященной 60-летию образования Восточно-Сибирского института медико-экологических исследований и IV всероссийской научно-практической конференции молодых ученых. Иркутск; 2021: 77–83. https://elibrary.ru/pubfds
17. Авхименко М.М. Ртутная опасность в медицинских учреждениях. Медицинская сестра. 2011; (4): 31–4. https://elibrary.ru/obusvp
18. Шестова Г.В., Иванова Т.М., Ливанов Г.А., Сизова К.В. Токсические эффекты марганца как фактор риска для здоровья населения. Медицина экстремальных ситуаций. 2014; (4): 59–65. https://elibrary.ru/tcuvmf
19. Королева А.А. Влияние марганца на нервную систему: новый взгляд. Микроэлементы в медицине. 2023; 24(2): 48–52. https://doi.org/10.19112/2413-6174-2023-24-2-48-52 https://elibrary.ru/bddrdy
20. Звездин В.Н., Землянова М.А., Акафьева Т.И. Токсичность аэрозоля нанодисперсного оксида марганца при ингаляционной экспозиции. Медицина труда и промышленная экология. 2015; 55(12): 13–6. https://elibrary.ru/vbblxh
21. Носатовский И.А. Марганцевая энцефалопатия в современных условиях. Доктор.Ру. 2012; (5): 81–6. https://elibrary.ru/pjbqcl
22. Сероуглерод (CS2): структура, свойства, применение, риски – Наука – 2022. Доступно: https://lifeo2.ru/serouglerod-s2-struktura-svoystva-primenenie-riski-nauka-2022
23. Ткачишин В.С. Интоксикации сероуглеродом. Медицина неотложных состояний. 2020; 16(1): 123–6. https://elibrary.ru/hxovde
24. Другова Е.С., Кушнерова Н.Ф., Мерзляков В.Ю., Фоменко С.Е., Спрыгин В.Г., Момот Т.В. Влияние интоксикации сероуглеродом на биохимические показатели крови и их коррекция растительными фенольными соединениями в эксперименте. Journal of Siberian Medical Sciences. 2021; (2): 15–25. https://doi.org/10.31549/2542-1174-2021-2-15-25 https://elibrary.ru/dcqlhi
25. Костюк И.Ф., Капустник В.А., Брыкалин В.П., Калмыков А.А. Профессиональные болезни. Харьков; 2007.
26. Зобнин Ю.В. Острые токсические нейропатии. Сибирский медицинский журнал (Иркутск). 2008; 79(4): 106–10. https://elibrary.ru/jwkqbb
27. N+1. Восточная Европа оказалась на первом месте по смертям от отравления угарным газом в 2021 году; 2023. Доступно: https://nplus1.ru/news/2023/10/09/mortality-carbon-monoxide
28. Толкач П.Г., Башарин В.А., Чепур С.В., Венгерович Н.Г., Юдин М.А., Никифоров А.С. и др. Токсикология продуктов горения полимерных материалов. СПб.: Левша; 2022. https://elibrary.ru/wjxuda
29. Анализ обстановки с пожарами и их последствиями на территории Российской Федерации за 12 месяцев 2024 г. Доступно: https://87.mchs.gov.ru/uploads/resource/2025-04-25/11-statisticheskie-dannye_1745532917320520496.pdf
30. Курсов С.В. Монооксид углерода: физиологическое значение и токсикология. Медицина неотложных состояний. 2015; (6): 9–16. https://elibrary.ru/vtyxlb
31. Козычева О.П., Лебедев М.Л., Филяков А.И., Гребенников С.В., Милехина Т.В., Шандыбаева Т.В. и др. Отравления метанолом: диагностика, терапия и исходы. Вестник Клинической больницы. 2021; (51): 27–32.
32. Яковенко Т.А., Онан О.Я., Долума А.М., Тарасов А.Ю. Острые отравления метанолом: обзор литературы. Вестник магистратуры. 2022; (12–1): 4–8. https://elibrary.ru/jgdqpm
33. Хоффман Р., Нельсон Л., Хауланд М.Э., Льюин Н., Фломенбаум Н., Голдфранк Л. Экстренная медицинская помощь при отравлениях. Пер. с англ. М.: Практика; 2010.
34. Букаев О.Н., Сайгина О.А., Малкина Н.В., Юматова Е.В., Слугина О.В. Динамика острых отравлений метанолом и особенности оказания экстренной медицинской помощи в Республике Мордовия. Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. 2019; (10–2): 278–82. https://elibrary.ru/yukzgg
35. Tephly T.R., McMartin K.E. Methanol metabolism and toxicity. Aspartame. CRC Press; 2020.
36. Bartlett G.R. Inhibition of methanol oxidation by ethanol in the rat. Am. J. Physiol. 1950; 163(3): 619–21. https://doi.org/10.1152/ajplegacy.1950.163.3.619
37. Ежегодные отчеты о деятельности Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору. Доступно: https://gosnadzor.ru/public/annual_reports/
38. Бридж Г., Ле Бийон Ф. Нефть. М.; 2015.
39. Гладких В.Г., Данилова Т.В. Готовность будущих рабочих к преодолению производственных рисков нефтегазовой отрасли как компонент профессиональной готовности. Гуманитарно-педагогические исследования. 2024; 8(1): 6–16. https://elibrary.ru/frhfop
40. Сагадуллина М.Р., Файсханова И.Р., Зарипова Л.И., Шамсутдинова Н.Г., Дьякова Е.В. Клинические проявления поражения легких при интоксикации нефтепродуктами (бензином). Практическая медицина. 2022; 20(6): 113–8. https://doi.org/10.32000/2072-1757-2022-6-113-118 https://elibrary.ru/owsrdb
41. Zahed M.A., Salehi S., Khoei M.A., Esmaeili P., Mohajeri L. Risk assessment of Benzene, Toluene, Ethyl benzene, and Xylene (BTEX) in the atmospheric air around the world: A review. Toxicol. In Vitro. 2024; 98: 105825. https://doi.org/10.1016/j.tiv.2024.105825
42. Широкова Л.В., Шакирьянова Ю.П., Серов Е.С., Киричек А.В. Случай смертельного острого ингаляционного отравления парами бензина. Вестник судебной медицины. 2017; 6(2): 48–50. https://elibrary.ru/zaoyid
43. Оруджев Р.А., Джафарова Р.Э. Особенности токсического действия углеводородов нефти на организм человека. Вестник Витебского государственного медицинского университета. 2017; 16(4): 8–15. https://doi.org/10.22263/2312-4156.2017.4.8 https://elibrary.ru/zdjrev
44. Кадыркулов А.К., Кайназарова К.М., Маразаков Ш.А., Бурканов Т.М. АЗС как источник загрязнения окружающей среды. Машиноведение. 2018; (1): 50–8. https://elibrary.ru/yolgux
45. Doman G., Aoun J., Truscinski J., Truscinski M., Aouthmany S. Cyanide poisoning. J. Educ. Teach. Emerg. Med. 2022; 7(3): S1–25. https://doi.org/10.21980/j80w76
46. Bernasconi L., Carnovale M., Lonati D., Petrolini V.M., Schicchi A., Brolli B., et al. Hydrogen cyanamide exposure: a case series from Pavia Poison Control Centre. Occup. Med. (Lond.). 2023; 73(8): 500–6. https://doi.org/10.1093/occmed/kqad108
47. Рынок теллура 2024 (2025). Доступно: https://www.metalresearch.ru/tellurium_market.html
48. Aleksiichuk O.Y., Tkachishin V.S., Kondratyuk V.Y., Arustamyan O.M., Dumka I.V. Poisoning from tellurium and its toxic compounds in industry. Emerg. Med. 2021; 17(6): 6–11.
49. Vávrová S., Struhárňanská E., Turňa J., Stuchlík S. The influence of tellurium and selenium compounds in biological systems and selenium (Se) and tellurium (Te) toxicity. In: Toxicology of Essential and Xenobiotic Metals. CRC Press; 2024: 19–32.
50. Клинические синдромы интоксикаций нервной системы. Доступно: https://base.safework.ru/iloenc?print&nd=857400159&spack=110LogLength%3D0%26LogNumDoc%3D857400011%26listid%3D010000000100%26listpos%3D5%26lsz%3D9%26nd%3D857400011%26nh%3D1%26
Об авторах
Пётр Кириллович ПотаповРоссия
Канд. мед. наук, ст. науч. сотр. ФГБУ НКЦТ им. С.Н. Голикова ФМБА России, 192019, Санкт-Петербург, Россия
e-mail: FORWARDspb@mail.ru
Евгений Борисович Шустов
Россия
Доктор мед. наук, профессор, гл. науч. сотр. ФГБУ НКЦТ им. С.Н. Голикова ФМБА России, 192019, Санкт-Петербург, Россия
e-mail: shustov-msk@mail.ru
Никита Сергеевич Носков
Россия
Старший оператор научной роты ФГАУ «ВИТ "ЭРА"», 353456, Анапа, Россия
Илья Владимирович Маркин
Россия
Канд. техн. наук, ст. науч. сотр. ФГАУ «ВИТ "ЭРА"», 353456, Анапа, Россия
e-mail: ilya.markin.92@bk.ru
Маргарита Викторовна Мельникова
Россия
Науч. сотр. ФГБУ НКЦТ им. С.Н. Голикова ФМБА России, 192019, Санкт-Петербург, Россия
e-mail: melnikova.m.v@toxicology.ru
Рецензия
Для цитирования:
Потапов П.К., Шустов Е.Б., Носков Н.С., Маркин И.В., Мельникова М.В. Нейротропные токсиканты как вредный и опасный производственный фактор (обзор литературы). Гигиена и санитария. 2026;105(2):214-222. https://doi.org/10.47470/0016-9900-2026-105-2-214-222. EDN: vcpmrc
For citation:
Potapov P.K., Shustov E.B., Noskov N.S., Markin I.V., Melnikova M.V. Neurotropic toxicants as a harmful and dangerous industrial factor (literature review). Hygiene and Sanitation. 2026;105(2):214-222. (In Russ.) https://doi.org/10.47470/0016-9900-2026-105-2-214-222. EDN: vcpmrc
JATS XML
































