Сравнительный анализ заболеваемости населения в районах Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с различной интенсивностью нефтедобычи

Введение

Ханты-Мансийский автономный округ – Югра (ХМАО – Югра) является ключевым нефтегазоносным регионом Российской Федерации, обеспечивающим значительную долю добычи нефти в стране [1]. Так, в 2024 г. в округе было добыто 204,7 млн тонн нефти, что составляет ≈ 40% общероссийской добычи [2]. Интенсивное освоение месторождений, развитие инфраструктуры и высокая плотность объектов нефтедобычи (скважин, трубопроводов, нефтеперекачивающих станций) создают устойчивую техногенную нагрузку на все компоненты окружающей среды [3]. На сети трубопроводов общей протяжённостью 121 тыс. км ежегодно регистрируют более тысячи аварийных отказов, преимущественно связанных с коррозией [2]. Основными загрязнителями являются углеводороды (алифатические и ароматические), сероводород, тяжёлые металлы и хлориды, которые поступают в атмосферный воздух, почву и водные объекты, особенно при аварийных разливах [4–6]. Согласно официальным данным, в реках Обь-Иртышского бассейна фиксируется стабильно высокое содержание соединений тяжёлых металлов. Средние концентрации железа, марганца и меди в водотоках превышали рыбохозяйственные нормативы в 11,6; 7 и 3 раза в границах лицензионных участков, причём доля проб с превышением ПДК по железу составила 95,8% (данные 2024 г.). Соединения железа и марганца являются критическими показателями загрязнённости для большинства рек ХМАО – Югры, что обусловлено как техногенной нагрузкой, так и природными геохимическими особенностями заболоченных ландшафтов [2].

Негативное влияние факторов нефтедобычи на здоровье населения, проявляющееся в росте заболеваемости болезнями органов дыхания, новообразованиями, болезнями крови, а также увеличении частоты врождённых пороков развития, отмечено в исследованиях [6, 7]. У взрослого населения, особенно занятого в нефтедобывающей отрасли, регистрируются высокие риски патологий системы кровообращения, крови и злокачественных новообразований [6, 8, 9].

Цель исследования – провести сравнительный анализ показателей общей и первичной заболеваемости населения, проживающего в районах с активной (группа 1) и низкой (группа 2) нефтедобычей ХМАО – Югры, за период 2020–2024 гг.

Материалы и методы

Проведено ретроспективное исследование. Источником данных послужили материалы статистических сборников «Здоровье населения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры и деятельность медицинских организаций» за период с 2020 по 2024 г. Проанализированы данные формы федерального статистического наблюдения № 12 «Сведения о числе заболеваний, зарегистрированных у пациентов, проживающих в районе обслуживания медицинской организации». В анализ включали показатели общей и первичной заболеваемости (на 100 тыс. населения соответствующего возраста).

Анализ проводили для двух возрастных групп – дети (0–14 лет) и взрослые (18 лет и старше). Изучали заболеваемость по следующим классам болезней: новообразования; болезни крови, кроветворных органов; болезни эндокринной системы; болезни органов дыхания; болезни системы кровообращения; для детей – врождённые аномалии (пороки развития).

Для объективного разделения муниципальных образований на группы использованы официальные данные об объёмах добычи нефти (тыс. тонн) по районам ХМАО – Югры (табл. 1). Источником данных послужили ежегодные доклады «Об экологической ситуации в Ханты-Мансийском автономном округе – Югре» за соответствующий период (2020–2024 гг.). Пороги деления на группы (более 30 тыс. тонн – группа активной нефтедобычи, менее 10 тыс. тонн – группа низкой интенсивности) определены на основе анализа медианных значений годовой добычи нефти за 2020–2024 гг. Берёзовский район, где промышленная добыча нефти не ведётся, включён в группу 2, поскольку на его территории выполняют преимущественно поисково-разведочные работы [10]. Городские округа отнесены к группам в соответствии с территориальной принадлежностью к соответствующим районам.

Все 22 муниципальные территории (9 районов и 13 городов окружного значения) были разделены на две группы:

• группа 1 включала территории с активной добычей (Нижневартовский, Ханты-Мансийский, Нефтеюганский, Сургутский районы, города Когалым, Лангепас, Мегион, Покачи, Пыть-Ях, Радужный, Нефтеюганск, Нижневартовск, Сургут, Ханты-Мансийск);
• группа 2 включала территории с меньшей концентрацией добывающих мощностей (Белоярский, Берёзовский, Кондинский, Октябрьский, Советский районы, города Нягань, Урай, Югорск).

Статистическую обработку данных выполняли с использованием IBM SPSS Statistics for Windows, версия 26.0 (IBM Corp., Армонк, США). Ввиду распределения признаков, отличного от нормального (критерий Шапиро – Уилка), применяли методы непараметрической статистики. Для каждой группы и показателя рассчитывали медиану (Me) и межквартильный интервал (IQR). Сравнение двух независимых групп проводили с использованием U-критерия Манна – Уитни. Различия считали статистически значимыми при уровне p < 0,05.

Результаты

Анализ общей заболеваемости (табл. 2) показал, что у детей, проживающих в районах активной нефтедобычи (группа 1), выявлены статистически значимо более высокие уровни общей заболеваемости по классу болезней системы кровообращения, где показатель в группе 1 более чем в два раза превышает таковой в группе 2 (Me₁ = 1381,7; Me₂ = 559,7; p < 0,001), а также по классу врождённых аномалий (Me₁ = 3280,9; Me₂ = 2212,6; p = 0,004). В то же время по классам новообразований, болезней крови, болезней эндокринной системы различий не обнаружено (p > 0,05).

У взрослого населения в группе 1 зафиксированы более низкие показатели общей заболеваемости по ряду классов. В группе 1 медианные значения оказались статистически значимо ниже, чем на территориях с низкой добычей нефти, по классам: новообразования (Me₁ = 5114,7; Me₂ = 6846,8; p = 0,001), болезни эндокринной системы (Me₁ = 10 914,2; Me₂ = 15 882,9; p < 0,001), болезни органов дыхания (Me₁ = 22 814,3; Me₂ = 24 751,6; p = 0,042) и болезни системы кровообращения (Me₁ = 24 635; Me₂ = 31 593; p < 0,001). По классу болезней крови и кроветворных органов значимых различий не выявлено.

Анализ первичной заболеваемости (табл. 3) выявил, что у детей в группе 1 статистически значимо выше показатели первичной заболеваемости врождёнными аномалиями (Me₁ = 449,9; Me₂ = 290; p = 0,022). В то же время по классам новообразований (Me₁ = 220; Me₂ = 290; p = 0,04), болезней крови (Me₁ = 398,1; Me₂ = 782,2; p < 0,001), болезней эндокринной системы (Me₁ = 467,6; Me₂ = 1431,3; p < 0,001) и болезней органов дыхания (Me₁ = 113 190,4; Me₂ = 135 538; p = 0,002) значимо более высокие показатели наблюдались в группе 2. По классу болезней системы кровообращения статистически значимых различий не выявлено (p = 0,332).

У взрослого населения по классу новообразований более высокие показатели первичной заболеваемости зафиксированы в группе 2 (Me₁ = 840; Me₂ = 909,5; p = 0,05). Заболеваемость болезнями эндокринной системы (Me₁ = 1239,1; Me₂ = 1430,5; p = 0,034), болезнями органов дыхания (Me₁ = 18 551,4; Me₂ = 20 203,5; p = 0,007) и болезнями системы кровообращения (Me₁ = 2295,1; Me₂ = 2930,1; p = 0,03) также оказалась значимо выше в группе 2. По классу болезней крови значимых различий не выявлено (p = 0,23).

Обсуждение

Проведённое исследование выявило статистически значимые различия в уровнях и структуре заболеваемости между населением районов с высокой (группа 1) и низкой интенсивностью нефтедобычи (группа 2).

У детей в группе 1 зафиксированы более высокие показатели общей заболеваемости болезнями системы кровообращения, а также первичной и общей заболеваемости врождёнными аномалиями. У взрослых по классам, где выявлены статистически значимые различия, более высокие показатели наблюдались в группе 2.

Особого внимания заслуживает высокий уровень врождённых аномалий у детей в районах с высокой интенсивностью нефтедобычи, который проявился как в общей, так и в первичной заболеваемости. Детская популяция является наиболее чувствительной к действию экотоксикантов, и данный результат может рассматриваться как маркёр мутагенного и тератогенного действия компонентов нефтяных загрязнений [7, 11]. Хроническое воздействие малых доз бенз(а)пирена и других полициклических ароматических углеводородов, сопутствующих нефтедобыче и сжиганию попутного газа, может инициировать канцерогенез [6, 8].

Наиболее неожиданным результатом стали более высокие показатели общей заболеваемости взрослого населения в группе 2 по целому ряду классов: новообразования, болезни эндокринной системы, болезни органов дыхания и болезни системы кровообращения. Это противоречит ожидаемому негативному эффекту нефтедобычи. В соответствии с официальными данными и литературными источниками эти территории не являются свободными от техногенной нагрузки. Так, в Берёзовском районе, историческом центре газодобычи Западной Сибири (промышленная добыча газа ведётся с 1953 г.), ежегодно извлекается почти 0,5 млрд м³ газа, а также ведутся геологоразведочные работы на нефть и разведка твёрдых полезных ископаемых (марганцевые, хромовые руды, титан-циркониевые россыпи) [2, 12]. Белоярский район входит в состав Арктической зоны и активно осваивается как новая нефтегазовая провинция: «Сургутнефтегаз» разрабатывает здесь четыре месторождения, ресурсы оцениваются в миллионы тонн нефти [2, 13]. Кондинский район – один из старейших нефтедобывающих районов Югры (Шаимское месторождение разрабатывается с 1960-х годов), при этом добывающая отрасль составляет более 95% его экономики. Здесь ведётся не только масштабная добыча нефти, но и песка (сотни тысяч тонн), торфа (десятки тысяч тонн), имеются разведанные запасы кирпичных глин и титан-циркониевых россыпей [2, 14–16]. Октябрьский и Советский районы также являются активными центрами добычи газа с постоянным приростом запасов [2, 17]. Таким образом, лица группы 2 подвергаются длительной и сочетанной техногенной нагрузке.

Совокупное действие этих факторов может формировать иной профиль патологии, отличный от моновоздействия высокоинтенсивной нефтедобычи. В частности, хроническое воздействие газовых компонентов и минеральной пыли способно повышать риски болезней органов дыхания и эндокринной системы, что отражено в наших данных [18–20]. Более высокие показатели общей заболеваемости лиц группы 2 могут отражать эффект старых промышленных территорий с длительным периодом эксплуатации и, возможно, менее благоприятной социально-экономической ситуацией, тогда как в районах новой интенсивной нефтедобычи (группа 1) значительную долю населения могут составлять мигранты с более высоким социальным статусом и лучшим здоровьем («эффект здорового работника») [21, 22].

Наши результаты согласуются с данными исследований, в которых установлено повышение частоты врождённых аномалий у детей в нефтедобывающих регионах, а также с наблюдениями о негативном влиянии факторов нефтедобычи на сердечно-сосудистую систему [7, 23–27]. В то же время важна необходимость дифференцированного подхода к оценке территорий: простая классификация «нефть есть/нет» может не отражать реальной картины, поскольку в группу сравнения нередко попадают районы с иными не менее значимыми источниками техногенного воздействия.

Заключение

Результаты проведённого анализа свидетельствуют о наличии статистически значимых различий в состоянии здоровья населения, проживающего на территориях ХМАО – Югры с разной интенсивностью нефтедобычи. У детей в районах активной нефтедобычи (группа 1) выявлены более высокие уровни заболеваемости болезнями системы кровообращения и врождёнными аномалиями. У взрослых в группе 1 значимых превышений не зарегистрировано, напротив, по большинству классов более высокие показатели отмечены в группе 2. В то же время более высокие показатели общей заболеваемости взрослых в группе 2 указывают на необходимость дифференцированного подхода к оценке территорий с учётом всего спектра недропользования (газодобыча, разработка твёрдых полезных ископаемых). Полученные данные обосновывают необходимость углублённых исследований для количественной оценки вклада конкретных факторов окружающей среды в формирование выявленных патологий.